Главная страница

В.А. Челышев, А.С. Захаренков (ФГУ ДальНИИЛХ)

Леса, имеющие высокое природоохранное значение и их место в системе функционального деления лесов на Дальнем Востоке

Термин леса высокого природоохранного значения (ЛВПЗ) является сравнительно новым для специалистов лесного хозяйства России. Его появление связано с развитием в мире лесной сертификации, в частности, системы Лесного Попечительского Совета (ЛПС). Один из принципов устойчивого управления лесами в трактовке этой системы лесной сертификации, непосредственно посвящен сохранению лесов высокого природоохранного значения, к которым, по определению ЛПС относятся леса, имеющие один или несколько следующих признаков:

1. Леса, имеющие глобальное, национальное или региональное значение для сохранения биоразнообразия (в том числе видов - эндемиков и видов, находящихся под угрозой исчезновения).
2. Леса высокого ландшафтного уровня, где жизнеспособные популяции большинства или всех естественно встречающихся видов существуют в естественном состоянии.
3. Леса, имеющие редкие, находящиеся под угрозой исчезновения экосистемы.
4. Лесные площади, которые играют основную роль в природных критиче-ских ситуациях (в том числе водоохранные, противоэрозионные).
5. Лесные площади, которые являются особо важными для удовлетворения потребностей местных сообществ (в том числе для пропитания и обеспе-чения здоровья).
6. Леса, идентифицированные, как традиционно значимые для местных со-обществ с точки зрения культуры.

Появление новых для ленного хозяйства зарубежных терминов, в России, как правило, связано с деятельностью международных экологических орга-низаций. Так, например, благодаря Гринпис в Россию вошел термин "малонарушенные леса". Появлению термина "леса высокого природоохранного значения", являющегося производным от английской дефиниции "high conservation value forests" мы обязаны Всемирному фонду дикой природы (ВВФ).
За внедрением зарубежных терминов, в обоих из описанных выше случаев стоит благородная на первый взгляд цель - сохранение лесов и лесного биоразнообразия нашей необъятной Родины. Однако, если посмотреть на этот процесс более трезво, то можно увидеть не только благородные, но и меркантильные цели и задачи, достижению которых способствуют иностранные терминологические новшества.

Так, за появлением новых терминов, следуют проекты по разработкам методик выделения и картирования этих лесов. Следом начинаются проекты по разработке разнообразных рекомендаций их сохранения. Естественно, что координаторами этих проектов являются организации, которые занимаются продвижением дефиниции. При этом, новый термин, по сути, является уже торговой маркой, служащей наживкой для потенциальных доноров. Напри-мер, выделение и картирование "малонарушенных" бореальных лесов стоило около 1 млн. долларов. Координатором этого проекта была организация Гринпис, а донором - компания IKEA.

Технология внедрения ЛВПЗ аналогична малонарушенным лесам, с той лишь разницей, что координатором проектов, связанных с методиками, картированием, рекомендациями и т.п., является не Гринпис, а другая не менее уважаемая международная природоохранная организация - ВВФ. Но вот, что интересно. Донором этих проектов выступает все та же компания IKEA.
Возможно это и совпадение. Возможно, компания IKEA решила бросить все силы и финансовые ресурсы на спасение лесов России. Возможно, что большая часть населения именно так и думает и это повышает имиджевые рейтинги компании у себя на родине до уровня, превышающего рейтинг правительства Швеции. Однако нам кажется, что эта филантропия связана, прежде всего, с рыночной конкуренцией. Мы не будем вдаваться в детали обоснования этой точки зрения, так как это совсем другая тема.

Так или иначе, но все усилия международных природоохранных органи-заций по внедрению новых терминов и, в частности ЛВПЗ, в России направлены, главным образом, в сторону многолесных регионов, имеющих экспортную ориентацию лесного комплекса: Дальний Восток, Северо-Запад, отчасти Восточная Сибирь и Забайкалье. При этом, целью этих усилий является выведение новых участков лесов из состава эксплуатационных через добровольный отказ лесозаготовителей от рубок или создание новых особо охраняемых природных территорий (ООПТ).

По всей видимости, такое направление обусловлено обширностью лесов естественного происхождения и относительной легкостью выделения ЛВПЗ по международным критериям и признакам, которые разрабатывались, прежде всего, с учетом таких стран, как Швеция, Финляндия, США и т.п.
Например, в США, доля лесов, где запрещены рубки, включая националь-ные парки и заповедники, составляет только 4,7 % общих лесных земель страны. На эксплуатационные леса приходится 66,2 %, а на другие категории лесов, прежде всего, на недоступные для эксплуатации леса - 29,1 % (Антонова, Шейнгауз, 2002). На примере США создается видимость актуальности увеличения площади ЛВПЗ, хотя критериев достаточности этих лесов и их территориального размещения для сохранения биоразнообразия до сих пор не выработано. Очевидно, что недоступные для эксплуатации леса, составляющее почти треть от общей площади земель лесного фонда США могут быть использованы, а фактически уже используются для целей охраны окружающей природной среды и сохранения биоразнообразия.

В странах Европы эта проблема более остра, так как в них доля эксплуатационных лесов доминирует и в основном эти леса представлены монокультурами искусственного происхождения, то есть не обладают признаками ЛВПЗ. На этом фоне любой участок леса естественного происхождения может быть отнесен к лесам высокого природоохранного значения.

А что же на самом деле происходит в России? Так ли остра проблема выделения и сохранения ЛВПЗ и есть ли необходимость в привлечении внимания международной общественности к ее решению?

Россия имеет самый богатый в мире опыт деления лесов на функциональ-ные категории в соответствии с экологическими, социальными и экономическими потребностями. Леса I и II групп, непосредственно предназначенные для выполнения экологических и социальных функций, составляют 29,3 млн. га или 25% площади лесного фонда России и обеспечивают самые разнообразные потребности. Однако для нас более важным является вопрос соответствия российских функциональных категорий лесов модному зарубежному термину - ЛВПЗ. Для ответа на этот вопрос мы провели анализ действующей нормативно-правовой базы, на основе которой происходит отнесение лесов в ту или иную категорию, а также выделение особо-защитных участков и ООПТ. Для удобства, результаты анализа приведены в виде таблицы (табл. 1).

Таблица 1 Оценка соответствия функционального назначения лесов в РФ признакам ЛВПЗ (на примере Дальнего Востока России)

Признак ЛВПЗ	Отражение признака в нормативной базе лесного хозяйства РФ и функциональном делении лесов	Нормативы по сохранению
1 Леса, имеющие глобальное, национальное или региональное значение для сохранения биоразнообразия	1.1 Леса и буферные зоны государственных природных заповедников, национальные и природные парки, памятники природы, притундровые леса, леса на пустынных, степных, лесостепных и малолесных горных территориях и др. 1.2 Кедрово-широколиственные леса с преобладанием в составе кедра корейского   1.3 Участки леса в радиусе 500 м. вокруг глухариных токов и естественных солонцов 1.4 Полосы леса шириной 200 м. по берегам рек, заселенных бобрами 1.5 Участки леса с наличием реликтовых и эндемичных пород не менее 10 % состава 1.6 Природные эталоны насаждений	1.1 Запрет всех видов рубок       1.2.1 Запрет рубок главного пользования 1.3.1 Запрет всех видов рубок 1.4.1 Запрет всех видов рубок 1.5.1 Запрет всех видов ру бок 1.6.1 Запрет всех видов рубок
	Во всех лесах запрещена рубка редких и эндемичных пород деревьев (22 вида), а также хозяйственное использование кустарников и лиан, занесенных в Красную книгу РФ и/или субъектов РФ Дальнего Востока
2 Леса высокого ландшафтного уровня, где жизнеспособные популяции большинства или всех естественно встречающихся видов существуют в естественном состоянии	2.1 Те же, что и 1.1   2.2 Леса особо-охранной части заказников   2.3 Опушки леса шириной 200 м. по границе с безлесными участками 2.4 Участки леса размером до 100 га, расположенные среди безлесных пространств 2.5 Мелкоконтурные (до 10 га.) лесные колки среди маревых лиственничных редколесий 2.6 Полосы леса шириной 200 м. вдоль верхней его границы с гольцами и подгольцовыми зарослями кустарников 2.7 Защитные полосы шириной 200 м. вдоль линий водоразделов и водосборов площадью 1500 га и более 2.8 Полосы шириной 500 м. вдоль водораздельных хребтов, у которых гольцовая часть отсутствует или имеет ширину менее 500 м.	2.1.1 Запрет всех видов рубок 2.2.1 Запрет всех видов рубок 2.3.1 Запрет всех видов рубок 2.4.1 Запрет всех видов рубок 2.5.1 Запрет всех видов рубок 2.6.1 Запрет всех видов рубок   2.7.1 Запрет всех видов рубок   2.8.1 Запрет всех видов рубок
3 Леса, имеющие редкие, находящиеся под угрозой исчезновения экосистемы	3.1 Те же, что и 1.1   3.2 Те же, что и 2.2   3.4 Особо ценные лесные формации (кедрово-широколиственные леса Хабаровского и Приморского краев, черно-пихтовые леса Приморского края, ельники Глена Сахалинской области и т.п.)	3.1.1 Запрет всех видов рубок 3.2.1 Запрет всех видов рубок 3.4.1 Запрет рубок главного пользования
4 Лесные площади, которые играют основную роль в природных критических ситуациях	4.1 Леса I группы (противоэрозионные, нерестозащитные, берегозащитные).   4.2 Водоохранные зоны     4.3 Леса в пределах оврагов и примыкающие к бровке оврага на расстоянии 50 м. 4.4 Леса в балках и на склонах коренных берегов речных долин крутизной более 200 4.5 Полосы леса по дну балок шириной не более 50 м. 4.6 Участки леса вокруг истоков рек   4.7 Водоохранные зоны болот   4.8 Участки леса на легко размываемых и выветриваемых грунтах 4.9 Полосы леса шириной 50-100 м. вдоль бровок, обрывов, осыпей и оползней 4.10 Полосы леса шириной 100-200 м. вдоль постоянных русел снежных лавин и селевых потоков 4.11 Участки леса на склонах крутизной более 300   4.12 Полосы леса шириной 100-200 м. вдоль гребней и линий водоразделов 4.13 Участки леса с выходами на поверхность камней и скальных обнажений, а также леса по их периметру шириной 50-100 м.	4.1.1 Запрет рубок главного пользования 4.2.1 Запрет рубок главного пользования 4.3.1 Запрет всех видов рубок 4.4.1 Запрет всех видов рубок 4.5.1 Запрет всех видов рубок 4.6.1 Запрет всех видов рубок 4.7.1 Запрет всех видов рубок 4.8.1 Запрет всех видов рубок 4.9.1 Запрет всех видов рубок 4.10.1 Запрет всех видов рубок   4.11.1 Запрет всех видов рубок 4.12.1 Запрет всех видов рубок 4.13.1 Запрет всех видов рубок
5 Лесные площади, которые являются особо важными для удовлетворения потребностей местных сообществ	5.1 Леса первого и второго поясов зон санитарной охраны источников водоснабжения   5.2 Леса первой, второй и третьей зон округов санитарной охраны курортов   5.3 Орехо-промысловые зоны     5.4 Леса зеленых зон поселений и хозяйственных объектов   5.5 Лесосеменные, орехоплодные, медоносные участки леса, генетические резерваты, постоянные пробные площади и другие участки леса, имеющие специальное хозяйственное значение     5.6 Участки леса в радиусе до 1 км. вокруг санаториев, детских лагерей, домов отдыха, пансионатов, туристических баз и других лечебных и оздоровительных учреждений   5.7 Участки леса шириной 1 км. Вокруг сельских населенных пунктов и садовых товариществ	5.1.1 Запрет рубок главного пользования 5.2.1 Запрет рубок главного пользования 5.3.1 Запрет рубок главного пользования 5.4.1 Запрет рубок главного пользования 5.5.1 Запрет рубок главного пользования       5.6.1 Запрет рубок главного пользования     5.7.1 Запрет рубок главного пользования
6 Леса, идентифицированные, как традиционно значимые для местных сообществ с точки зрения культуры	6.1 Леса, имеющие научное и историческое значение   6.2 Памятники природы, имеющие значения для сохранения культуры и этноса   6.3 Особо ценные лесные массивы	6.1.1 Запрет рубок главного пользования 6.2.1 Запрет рубок главного пользования 6.3.1 Запрет рубок главного пользования

Таким образом, леса первой группы, а также леса водоохранных зон и особо защитных участков, выделенные во всех группах лесов, обладают всеми признаками ЛВПЗ и имеют научно-обоснованный и подтвержденный соответствующими лесохозяйственными нормативами природоохранный ре-жим и статус.
Региональная дифференциация удельного веса выделенных лесов, имеющих признаки ЛВПЗ, находится в широком диапазоне. Например, в Чукотском автономном округе по состоянию на 01.01.03, леса I группы составляют 4 % площади лесного фонда, в Корякском автономном округе и в Приморском крае, соответственно, 32 и 26 %.

Используя региональную, а иногда и районную, дифференциацию удель-ного веса лесов, имеющих особый природоохранный статус или режим использования, можно обосновывать выделение новых участков ЛВПЗ. Как показывает опыт проектов ВВФ на Северо-Западе (Псковская обл., республика Коми) и на Дальнем Востоке (территория аренды ОАО «Тернейлес» в Приморском крае) России, такой подход имеет место. При этом явно прослеживается тенденция по выделению и отнесению к ЛВПЗ участков эксплуатационных лесов III группы, без какого-либо научного обоснования и учета наличия ООПТ, лесов первой группы и других особо-защитных участков леса.

В соответствии с вышесказанным, для условий России представляется не-обоснованным и даже тенденциозно надуманным поиск лесов высокого природоохранного значения в границах эксплуатационных лесов третьей группы, если площадь лесов защитных категорий соответствует научно-обоснованным нормативам.
Также надуманным представляется требование к использованию эксплуата-ционных лесов третьей группы с обязательным сохранением биологического разнообразия, которое было до рубки. Действующая в России система нормативно-правовой регламентации лесопользования нацеливает в данном случае не столько на сохранение биологического разнообразия, сколько на создание условий для удовлетворительного воспроизводства естественным путем исходного насаждения. Функции охраны окружающей среды и био-разнообразия должны выполняться и выполняются другими специальными категориями лесов, признаки и режим которых, как мы убедились, отвечают международным требованиям и стандартам лесной сертификации по системе ЛПС.

На фоне этих выводов становятся более ясными реальные цели, которые преследуют некоторые природоохранные организации, в своих попытках навязывания новых терминов:

•  получить средства от доноров для осуществления своей деятельности;
•  оказать давление на лесозаготовительные компании через надуманные рейтинги, ужесточение стандартов сертификации, навязывание модельных проектов и т.п.
•  и, в конечном счете, выполнить заказ определенных кругов, которые не заинтересованы в развитии лесной отрасли в России.

Возможно, кому-то наши заключения покажутся слишком резкими, но та-ким образом мы хотим привлечь внимание лесных специалистов, в том числе практических работников лесного комплекса, к проблеме выделения ЛВПЗ, которая набирает неоправданно устойчивую инерцию. Эта проблема должна решаться взвешенно, с учетом местных природных и социально-экономических условий, на основе имеющихся научно-обоснованных нормативов и действующего Российского законодательства.

Источник:

Российская лесная газета, 2004г.